7% от Курил - Японская оппозиция считает, что премьер Синдзо Абэ готов довольствоваться слишком малым - Газета "Коммерсантъ" - Издательский Дом КоммерсантЪ.

00:00 14.02.2019
(обновлено: 00:00 14.02.2019)

В Японии политики, эксперты и СМИ приходят к почти единодушному заключению: премьер-министр Синдзо Абэ готов в кратчайшие сроки подписать мирный договор с Москвой, получив от нее лишь 7% территории Южных Курил. Такой вывод делается в первую очередь на основе заявлений премьера на проходящих в парламенте дебатах. С подробностями — корреспондент ТАСС в Японии Василий Головнин, специально для “Ъ”.


«У меня сложилось полное впечатление, что он (премьер Абэ.— “Ъ”) готов ударить по рукам с Россией, получив только острова Шикотан и Хабомаи»,— заявил один из лидеров японской парламентской оппозиции Кацуя Окада, комментируя в беседе с журналистами состоявшееся во вторник заседание бюджетной комиссии нижней палаты парламента. В ходе дискуссии он ловко загонял в угол премьер-министра неудобными вопросами по проблеме Южных Курил.

Нужно пояснить: официально Токио считает своими «северными территориями» южнокурильские острова Итуруп, Кунашир, Шикотан, а также прилегающую к нему гряду мелких и ныне необитаемых островков, которые японцы называют Хабомаи и на переговорах для удобства считают за один остров. Однако такая позиция при премьере Абэ стала быстро размываться.

Первым делом члены его правительства перестали называть эти острова «незаконно оккупированными территориями», хотя эта фраза по-прежнему присутствует в многочисленных официальных документах. Потом пропал и термин «исконные земли Японии» — официально Токио объясняет такую сдержанность нежеланием провоцировать гнев Москвы в ходе идущих сейчас переговоров о мирном договоре.

На нынешних дебатах в парламенте представители правительства прекратили употреблять и выражение «четыре северных острова». Вместо этого говорится о более туманных «северных территориях», а в ноябре прошлого года на встрече в Сингапуре президент РФ Владимир Путин и премьер Синдзо Абэ договорились активизировать переговоры о мирном договоре на основе советско-японской Совместной декларации 1956 года. В ней, в частности, говорится, что СССР после подписания мирного договора передаст соседу Шикотан и Хабомаи в знак доброй воли.

В Японии десятилетиями считалось, что Токио, получив эти острова, продолжит переговоры об Итурупе и Кунашире. Однако, как теперь полагают, такая задача практически снята с повестки дня. В ходе нынешних дебатов оппозиционер Окада много раз спрашивал премьера Абэ о том, подпишет ли он мирный договор, получив лишь Шикотан и Хабомаи. И каждый раз получал один и тот же ответ: «Я бы хотел уклониться от четкого заявления на этот счет, чтобы не вдаваться в подробности идущих сейчас переговоров».

Оппозиция при этом постоянно напоминает, что на Шикотан и Хабомаи приходится всего 7% площади «северных территорий». Премьер с этим фактом не спорит, но настойчиво дает понять, что и это совсем не мало. В ходе дебатов, например, Синдзо Абэ пространно разъяснил, что до войны на всех «четырех островах» проживало порядка 17 тыс. японцев. Однако 6 тыс. из них размещались именно на Шикотане и Хабомаи, где занимались, по его словам, доходным промыслом — сбором съедобных водорослей.

Синдзо Абэ настойчиво подчеркивает, что при заключении мирного договора будет ясно и окончательно зафиксирована линия границы. «В словах премьера проглядывает готовность раз и навсегда решить вопрос, получив всего лишь два острова»,— констатирует японское информационное агентство Kyodo.

Кстати, при обсуждении в парламенте судьбы Южных Курил главу МИДа Таро Коно спросили, что в юридическом отношении представляет собой мирный договор. Министр в ответ выдал справку: в теории, как он сказал, такой документ прекращает состояние войны между двумя странами, решает вопрос о военных компенсациях и территориальную проблему. После этого глава МИДа вернулся в свое кресло, больше эта тема в парламенте не поднималась, хотя в России слова министра были неправильно поняты, из-за чего чуть было не разгорелся скандал: Токио, мол, намерен потребовать репараций.

Однако две из указанных министром трех главных тем мирного договора уже решены в Совместной декларации 1956 года. В ней говорится о прекращении состояния войны между СССР и Японией, там же четко зафиксирован отказ от взаимных претензий. Нерешенным остается только вопрос о линии границы, которую и надеется как можно скорее прочертить премьер Абэ.

Япония не требует никаких компенсаций — да и не может этого делать, исходя из общего контекста переговоров, где она, скорее, выступает просителем и инициатором договоренности. Не так давно, например, одна из влиятельных японских газет сообщила, что при гипотетической передаче островов Токио намерен из своего госбюджета возместить их бывшим японским жителям ущерб от потерянного имущества и хозяйственных прав. Но пока премьер Абэ хранит по этому поводу молчание, хотя в парламенте признался, что записи его переводчика во время бесед с Владимиром Путиным в формате один на один тщательно собираются и хранятся. Эти бумаги получают статус государственных документов, сообщил господин Абэ, и отправляются на длительное хранение под грифом «секретно».

Впрочем, содержание тайно идущих дискуссий, возможно, слегка прояснится 16 февраля, когда главы МИДов России и Японии встретятся в Мюнхене, куда прибудут на Международную конференцию по вопросам безопасности.