«Кроме политики в жизни есть много прекрасного» - Омурбек Бабанов — о своем возвращении в Киргизию - "Коммерсантъ" - Издательский Дом КоммерсантЪ.

02:04 11.04.2019
(обновлено: 02:04 11.04.2019)

В субботу, 13 апреля, в Киргизию должен вернуться главный соперник действующего президента на выборах 2017 года, глава партии «Республика» Омурбек Бабанов. Его приезд совпал с политическим кризисом: Сооронбай Жээнбеков находится в жестком противостоянии со своим предшественником Алмазбеком Атамбаевым, который и привел его к власти. О том, будет ли он участвовать в этой борьбе и чем еще планирует заняться после приезда, политик рассказал корреспонденту “Ъ” Кириллу Кривошееву.


— Когда именно вы возвращаетесь в Киргизию? Известна точная дата?

— Сегодня для меня необычный день, прекрасное событие, которое я ждал полтора года. Буквально несколько часов тому назад купил билеты на родину. Если даст Бог, я 13 апреля в три часа дня обычным рейсом «Аэрофлота» прилечу к себе в Бишкек. Когда человек живет вдали от родины, значимость родины, значимость близких людей вырастает кратно. Для меня поддержка людей реально была бесценна. Вы сами видели, как в Киргизии проходили выборы, была очень серьезная конкурентная борьба. И после этого принять решение уйти из политики для меня, конечно, было огромным стрессом. Я только через три месяца пришел в себя.

— Были слухи, что вы прилетите не в Бишкек, а попытаетесь въехать из Казахстана в свою родную Таласскую область, где у вас больше поддержки и, возможно, больше безопасности, потому что уголовное дело на вас по-прежнему открыто. Вы не собирались так поступить?

— Да, было много слухов: что я из Казахстана прилечу на вертолете в свое родовое село, что приеду перед делегацией Владимира Путина или вместе с его делегацией. Я хочу сказать одно: я не бежал из своей родины. После окончания выборов я в течение десяти дней был у себя, ездил на малую родину, угощал людей и говорил им слова благодарности за то, что они меня поддержали. Успокаивал их, потому что обстановка реально была накалена. Потому что принять проигрыш непросто — это был не просто Бабанов в единственном лице, это была вся моя команда. Потом обычным рейсом я вылетел на лечение, и уже во время лечения я узнал, что против меня возбудили уголовное дело (за предвыборное выступление в Оше перед узбекским меньшинством: по мнению следствия, господин Бабанов призывал к насильственному свержению конституционного строя.— “Ъ”). Так почему же я должен каким-то обходным путем заезжать в Киргизию? За полтора года я нигде не прятался, основное время проводил в России, хотя бывал и в Турции. Здесь я встречался с земляками: не специально, а в ресторане, в гостинице, на улице. Поэтому как я вылетел из аэропорта Манас (в Бишкеке.— “Ъ”), так же и прилечу в аэропорт Манас.

— Известно, что российские и киргизские спецслужбы сотрудничают. Могли бы быть какие-то договоренности в отношении вас?

— Я не знаю об этом, была ли какая-то договоренность, но я знаю, что в России у меня достаточно друзей, они меня поддерживали.

— А с российскими властями вы никак не контактировали?

— Я хочу этот вопрос оставить без ответа.

— Экс-президент Алмазбек Атамбаев не так давно сказал, что дело против вас нужно закрыть и сказать вам спасибо за то, что вы не пытались дестабилизировать обстановку в стране. Вы получали какие-то особые гарантии — может быть, через доверенных лиц,— что, как только вы приедете, вас не арестуют?

— Сам экс-президент признал, что уголовное дело было возбуждено неправильно, что он во всем разобрался. В розыске я не нахожусь, потому что я сразу сказал: если вы объявите меня в розыск, то я сам приеду. Конечно, в течение года с Жээнбековым встречались мои близкие люди, вели переговоры, объясняли ему ситуацию, рассказывали ему, но, к большому сожалению, до сих пор уголовное дело не закрыто. Это чисто политическое дело.

— То есть ни один человек от Жээнбекова вам, грубо говоря, не сказал: будь уверен, никто не арестует?

— Нет, нет.

— Пока вы искренне не знаете, что с вами произойдет при возвращении?

— Я знаю одно: правда на моей стороне, я преступления не совершал, мне нечего бояться. Я больше года выдержал, и я возвращаюсь. У меня огромная надежда, что действующая власть тоже сдержит свои слова и мой приезд примет позитивно. (Ранее в интервью киргизскому телеканалу НТС Омурбек Бабанов говорил, что условием безопасности со стороны властей был его отъезд из страны на год.— “Ъ”.)

— Но кое-что остается непонятным. Вы говорите: «Я сдержал обещание, я год не участвовал в политике». А сразу после отъезда вы говорили, что уходите из политики. То есть сейчас вы этого принципа больше не намерены придерживаться? Вы навсегда ушли из политики или на какой-то срок?

— Я возвращался не год, а целых полтора года. Я не давал интервью, не был в публичном поле нигде. Теперь я вижу: чтобы закрыть уголовное дело, я должен сам вернуться в Киргизию. Если нужно, я готов ответить перед следователями. И надеюсь, что уголовное дело будет закрыто. Если все будет тихо-мирно, я буду заниматься бизнесом и инвестициями. Буду помогать. Если действующему президенту или премьеру будет нужен мой совет, мои знания и опыт, я готов этим делиться.

— В качестве кого?

— Я говорил, что кроме политики в жизни есть много прекрасного. Для меня помочь стране — это не просто пустые слова. Я состоятельный человек, сделавший капитал до политики, и в политику я пошел, чтобы изменить страну. Сейчас выбор: или я буду просто заниматься бизнесом, привлекать инвестиции в страну, или, возможно, создам фонд, буду поддерживать лучших выпускников наших школ, чтобы они поступали в лучшие вузы. Будем финансировать лучшие стартапы, хочу помочь стране создать один из филиалов «Сколково». Если это не нужно, я готов заниматься своими делами. Конечно, у нас есть партия «Республика», но это не просто Бабанов, у нас есть депутаты в парламенте, они однозначно будут участвовать в парламентских выборах 2020 года. Ну а если, несмотря ни на что, начнут устраивать там гонения — допустим, решат напугать какими-то делами,— я хочу сказать: я не из пугливых. Тогда они вынудят меня вернуться в политику.

— А если ваше уголовное дело закроют, вы не вернетесь в политику уже никогда?

— Я не могу сказать, что никогда. Допустим, я уже уходил из политики в 2009 году, тогда я сказал, что буду только экономикой заниматься. Но я никак не мог предвидеть, что случится в 2010 году (произошла вторая революция, в ходе которой был отстранен президент Курманбек Бакиев.— “Ъ”). Когда я увидел, что во временном правительстве (уже после отставки господина Бакиева.— “Ъ”) идет раздрай, и предположил, что может произойти на выборах, я собрал молодых ребят, мы создали партию «Республика» и стали той объединяющей силой, которая смогла создать коалицию. Я тогда не мог стоять в стороне. У нас горная страна, у нас все быстро меняется.

— Как вы думаете, чья это воля — Атамбаева или Жээнбекова, что дело до сих пор не закрыто?

— Это дело было возбуждено при Атамбаеве, но сегодня Атамбаев, конечно, не имеет влияния, и это дело находится под контролем Сооронбая Жээнбекова.

— И в его интересах его не закрывать?

— Не знаю, в чьих это интересах, но могу сказать, что ни это, ни какие-то дополнительные уголовные дела, о которых сейчас ходят слухи, ни к чему хорошему не приведут. К большому сожалению, экономическая ситуация оставляет желать лучшего. Посмотрите, что пишет о нашей стране Всемирный банк: мы среди африканских стран.

— Алмазбек Атамбаев даже выразил сожаление, что привел к власти Сооронбая Жээнбекова. Как вы оцениваете два года его правления?

— Не суди, и не судим будешь. Не хочу судить их отношения, но очень сожалею, что у них так получилось. С обоими очень хорошо знаком. И жаль, что определенные политики на этом зарабатывают очки, делая реверансы в сторону действующего президента, давая понять, что это (борьба со своим предшественником.— “Ъ”) правильно. Потому что сейчас любой инвестор видит это все. Как он будет инвестировать?

— Но вы же понимаете, что, как только вы приедете, от вас будут ждать, что вы поддержите либо Атамбаева, либо Жээнбекова. Как вы собираетесь решать этот вопрос?

— Искренне говоря, я хочу заняться не политикой, я хочу заняться инвестициями, хочу спокойной жизни.

— А с кем вы хотели бы увидеться? Хотели бы увидеться с Алмазбеком Атамбаевым — просто чтобы обсудить эти полтора года?

— В первую очередь я хочу увидеться с людьми — наверное, не просто один-два дня, а пару месяцев этому уделить. Хочу просто на родине спокойно отдохнуть, отблагодарить людей. Хочу пригласить к себе на родину моих друзей извне, которые меня поддерживали, это очень важно. Я не хочу свое время тратить на что-то другое, на людей, с которыми были конфликты. Я благодарен, что он попросил извинения, только сильные люди могут так поступить. Но насчет увидеться или не увидеться — я не знаю.

— А видите ли вы себя на каком-то министерском посту или посту главы правительства?

— Я не претендую ни на какую государственную должность. Чтобы идти на какую-то должность, должна прийти команда, а быть просто руководителем я не готов.

— Но ведь вы уже были премьер-министром.

— Тогда у меня была команда. Потом, мне кажется, что очень важно, чтобы у президента и премьера было взаимопонимание, потому что у премьера по конституции очень серьезные полномочия. Необходимо срочно делать социально-экономические реформы, а без поддержки президента это будут постоянные конфликты, сделать ничего не возможно.

Вы ждете прихода в Киргизию новых инвестиций из России?

— Я думаю, мое спокойное возвращение реально улучшит инвестиционный климат. Конечно, я сейчас разговариваю с российским бизнесом, с государственными бизнес-структурами. Я был просто очарован «Сколково». Я хотел бы, чтобы сотрудники нашего Министерства сельского хозяйства, фермеры просто приехали и посмотрели, как это делается в регионах России.

Допустим, в Пензенской области есть огромные фермы, 5 тыс. коров. Там все автоматизировано, присутствуют зарубежные инвесторы. Я очень хорошо знаком с пензенским губернатором, я вижу, что он днем и ночью работает. Когда ни позвонишь, он всегда приглашает и принимает решения. Я вижу, какой в России потенциал, как люди работают, как отбирают губернаторов из президентского кадрового резерва. И я этим восхищаюсь.